Новости

Прелесть и непредсказуемость – это по-русски

Эксклюзивное интервью «Счастливой свадьбы» с владельцем марки свадебных и вечерних платьев Venus Bridal Эмильяно Костантино.

Дата публикации: 07.03.2013

Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски
Прелесть и непредсказуемость – это по-русски


Эксклюзивное интервью «Счастливой свадьбы» с владельцем марки свадебных и вечерних платьев Venus Bridal Эмильяно Костантино.

Синьор Эмильяно, Venus Bridal — это новая для России марка. Как ее представить нашим читателям?

Мы — марка, которая занимается тем, что предугадывает и воплощает капризы, вкусы, представления женщин о мечте.

Сколько стран входят в ее «зону влияния»?

Их 80, это США, Канада, Австралия, Новая Зеландия, страны Южной Америки, Европы, Азии. Ежегодно в мире продается 8,5 млн наших платьев.

В России мы представлены не так широко, но первый опыт — в Москве наши платья можно найти в нескольких салонах, в том числе в салоне «Ольга» — говорит о том, что нас приняли и полюбили.

Как давно марка Venus Bridal обрела мировую известность?

История нашего становления началась в 1963 году, когда моя мама, синьора Феличе Костантино, известная в небольшом городке Джиноза на юге Италии портниха, поняла, что спрос на ее работу намного превышает физические возможности.

Заказы на свадебные платья она получала не только от землячек, но и от девушек всех ближайших окрестностей. Конечно, она не была единственным в своем роде специалистом, но всегда обладала потрясающим чутьем на то, что нравится женщинам, поэтому ее услуги оказались столь востребованными. Я думаю, это дар свыше.

Мне же просто повезло: волей судьбы довелось расти в атмосфере волшебства создания платья — тканей, блесток, бисера, чертежей, манекенов… Так что неудивительно, что в 1973 году, после того, как вернулся из США, где получал образование в области маркетинга, я включился в работу по расширению маминого производства. В скором времени на карте мира уже не осталось страны, где бы невесты не были знакомы с нашими нарядами. Сегодня в структуре компании — 3 фабрики площадью 80 000 квадратных метров, на которых трудятся более 6000 человек.

Бизнес огромный, но потребитель в этой сфере завоевывается не столько мощью производства, сколько дизайном вещей, а мама уже на заслуженном отдыхе…

Несомненно, дизайн — это 70% успеха. Во все времена структурных преобразований мы уделяем ему первоочередное внимание. Этот вопрос мы всегда рассматривали так, как это делала мама, — сквозь призму желаний женщины. Конечно, мода, тенденции имеют значение, но самое главное — это то, чего хочет женщина. А она очень капризна, непредсказуема по природе и менталитету. В Америке — одни вкусы, в Европе — другие, на Востоке — третьи...

И надо всем угодить, подчеркнуть особенности типажей невест и т.д. Один дизайнер, даже самый талантливый, не в состоянии справиться с такой задачей. Поэтому мы пошли по другому пути — создали дизайн-бюро, в котором на сегодняшний день трудятся 100 дизайнеров, 50 модельеров, 200 закройщиков под управлением креативного директора, очень талантливого профессионала Джоанны Ву. Это настоящая лаборатория по исследованию вкусов, потребностей невест, особенностей трендов и созданию платьев, которые все это в себе воплощают.

Вы сказали о том, что вкусы женщин разных национальностей отличаются. Неужели это касается даже консервативной свадебной моды?

Вы даже себе представить не можете насколько. Ведь женщины разных национальностей отличаются даже по внешнему виду. Американки в большинстве своем полные, поэтому тяготеют к моделям, которые эту полноту скрывают. Если вы думаете, что тут полет фантазии дизайнеров ограничивается закрытыми плеча-ми, длинными рукавами и утягивающим корсетом, то заблуждаетесь. Есть огромное количество фасонов, которые делают полную женщину королевой. Итальянки, конечно, более миниатюрны, но их фигуры тоже имеют специфичные черты, которые диктуют свои «законы жанра». Помимо этого нужно учитывать и уровень культуры, и даже климат континента. Например, только проехавшись по России, я понял, почему ваши девушки не выбирают очень востребованные в Европе платья со шлейфом. Дело в непогоде. Я и представить не мог, что в российской провинции такие дороги и так грязно. А побывав в Москве и Санкт-Петербурге, я понял, почему в столичных городах девушки выбирают более строгие и лаконичные фасоны — так они выглядят более органично на фоне богатой архитектуры. Еще одна отличительная особенность России — это предпочтение кипенно-белых свадебных платьев. Мне сказали, что это связано с традициями.

Но я думаю, еще и с тем, что в России мало солнца и меньше, нежели, скажем, в Италии, «теплых» по цветотипу женщин, которых больше украшает популярный айвори.

Эмильяно, мне всегда было любопытно, как производители свадебных платьев относятся к своим потребителям — так сказать, массовым и тем, кто составляет меньшинство. Только честно!

О, это очень провокационный вопрос. По идее, я должен петь дифирамбы большинству и скромно поощрять меньшинство. Ведь понятно, что доход зависит от массовых продаж. Конечно, я лично обожаю всех женщин — и тех, которые покупают платья «как у всех», и тех, которые хотят быть ни на кого не похожими. И все потому, что любая невеста — королева, какое бы платье она ни выбрала. Но, раз уж честно, то с большим пиететом я отношусь к невестам, которые выбирают платья, не рассчитанные на массового покупателя.

Они — утонченные, умные, возвышенные создания, достойные всяческого почитания и восхищения.


Главными конкурентами мы считаем не других производителей свадебных платьев, а туристические компании


То есть Вы хотите сказать, что по платью можно судить и о характере, и о внутреннем мире женщины?

Несомненно. Это доказывает уже сам факт отношения к выбору платья. Вообще женщина выбирает платье так же, как жениха. Она не жалеет средств на платье потому, что этот день для нее важен, она хочет запомнить его навсегда, понимая, что второго такого в ее жизни не будет. Так было раньше — платье для невесты было главным пунктом свадебных расходов.

Сегодня, увы, когда свадьба в жизни женщины может быть не одна, платье утрачивает свою сакральную ценность, и основные расходы могут быть связаны, скажем, со свадебным путешествием. Поэтому главными своими конкурентами мы считаем вовсе не других производителей свадебных платьев, а туристические компании.


Тогда откройте тайну: что такое массовое платье и эксклюзивное?

Я думаю, что это вы и сами знаете.

Вам же знакома ситуация, когда из сотни красавиц-невест вы не можете оторвать взгляда только от одной.


И как же попасть в это редкое число?

Есть одно правило — стараться слушать свое сердце, даже если очень хочется выглядеть, как любимая кинозвезда.

Я открою тайну нашим читателям: платья вашей марки из императорского сатина (в русской интерпретации — королевского атласа) именно такие. Они покоряют элегантностью, лаконичностью силуэта и благородством фактуры ткани. И при этом имеют весьма сдержанную цену.

Эти платья очень востребованы в Европе.

Француженки, англичанки, немки ценят их за уникальное свойство — подчеркивать достоинства фигуры и скрывать недостатки. Такое платье нельзя перегружать декором, его «первая скрипка» — силуэт.


А откуда такая уникальная ткань?

Все ткани родом из Китая. Вернее, сырье — нить шелкопряда, а ткани производятся по суперсовременным итальянским технологиям на самой крупной в мире текстильной фабрике.


Насколько в свадебном платье важно качество шитья? Или красота внешняя все-таки важнее для платья «на один день»?

Тот, кто говорит, что свадебное платье «живет один день», просто оправдывает свой непрофессионализм. Мы шьем аккуратно — учитываем все свойства ткани, особенности фасона. В платье должно быть комфортно и сидеть, и стоять, и двигаться, и возлежать на руках у любимого — чтобы ничего не топорщилось, не стягивало. Мы учитываем даже то, как может повести себя ткань со временем — выдержит ли она чистку, сушку, стирку.

Синьор Эмильяно, коллекция платьев Venus 2010 года в начале года появится в российских свадебных салонах. Чем она удивит наших невест?

Всем тем, чем отличаются русские женщины, — невинностью, прелестью, нежностью и… непредсказуемостью!

АВТОР | МАРИЯ РЕЗАНОВА

Комментарии: 0

АВТОРИЗОВАТЬСЯ чтобы обсуждать материалы