Новости

Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет

Помните гоголевскую повесть «Старосветские помещики», где описывается долгая и счастливая жизнь супружеской пары — Афанасия Ивановича и Пульхерии Ивановны? Редкий случай в литературе, когда история о мирной обывательской жизни читается взахлеб, на одном дыхании, хотя никаких тебе страстей, трагедий, эмоциональных перипетий… 

Дата публикации: 10.08.2017

Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет
Любви все образы покорны. Брак длиною в 70 лет

Потом в советском литературоведении эту повесть бранили за «пустоту жизни» помещиков-крепостников, занятых лишь чревоугодием. Только вся критика оказалась напрасной — так и остались «старосветские помещики» образцом долгой и счастливой семейной жизни простых людей, не обремененных тщеславием, желанием власти и богатства. Может быть, не только благодаря гениальности Гоголя, но и тому, что в маленькой повести было так ясно показано — быть счастливым можно и нужно везде. Как герои этой публикации.

Дауншифтинг по-старинному

Когда Николай Васильевич закончил свою повесть, нашего героя уже два года как не было на свете: он умер в 1834 году, в 96 лет, а еще ровно через год и тоже 7 октября, неожиданно скончавшись от разрыва сердца, рядом с ним на сельском кладбище упокоилась его жена. А всего их семейная жизнь длилась семь десятилетий, и была она на редкость счастливой. Подобно «старосветским помещикам», наши герои всю свою жизнь прожили в сельской местности, хотя, в отличие от них, провели ее в многочисленных трудах. В результате чего, оценивая плоды трудов скромнейшего в жизни человека — Андрея Тимофеевича Болотова (1738–1834), его современники и потомки приравнивали его к Михаилу Васильевичу Ломоносову (1711–1765), великому русскому ученому, основателю Московского университета.

Впрочем, Андрей Тимофеевич, русский дворянин, родившийся в усадьбе Дворяниново Тульской провинции Российской империи в мелкопоместной семье, тоже в своей жизни много чего основал. Но обо всем по порядку.

Единственный сын в семье, Андрей Болотов рано осиротел: отца, с раннего детства прививавшего мальчику любовь к книгам и иностранным языкам, он потерял в 12 лет, через два года лишился матери.

Не получив систематического образования, много занимался, учил историю, географию, математику, словом, добросовестно самообразовывался. Как всякий дворянский ребенок, записанный буквально с пеленок на армейскую службу, в 19 лет Андрей Тимофеевич отправляется отдавать долг Отечеству и в чине подпоручика почти сразу попадает на войну: в 1756–1762 годах Российская империя воевала (кстати, весьма успешно!) с Пруссией. Молодой Болотов принимал участие в сражениях, в том числе в знаменитой битве под Гросс-Егерсдорфом в 1756 году.

Но в судьбе Болотова, имевшего все возможности для блестящей военной карьеры, главным в той войне оказались… занятия с профессорами кенигсбергского университета, а также посещения книжных лавок и библиотек. Благодаря прекрасному знанию немецкого языка молодого офицера направили на бумажную службу именно в Кенигсберг, где на одном из балов (а русская армия отличалась ловкостью не только на поле брани!) Болотов познакомился с Григорием Орловым. Тогда еще не графом Орловым, не камергером и сенатором Российской империи, а мало кому известным поручиком. Но среди этих «мало кому» уже была будущая императрица Екатерина II, а пока жена наследника престола — Великого князя Петра Федоровича.

Весной 1762 года Григорий Орлов, подружившийся с Болотовым, настойчиво предлагал Андрею Тимофеевичу посетить у него на дому некие тайные собрания, намекая на скорые перемены в русском обществе. Оба тогда по делам службы уже находились в Санкт-Петербурге. Однако, не отказываясь от дружбы, Болотов ни в какие тайные игры играть не стал: он предположил, что его зовут в масоны, а лишних обязательств на себя молодой офицер брать не желал. Тем более что, когда на российский престол вступил под именем Петра III Петр Федорович, судьба Болотова круто изменилась, и, по его мнению, в самую лучшую сторону. Новый император 18 февраля 1762 года подписал «Манифест о вольности дворянства». Необходимость служить четверть века для дворян отменялась, можно было выходить в отставку и выбирать, чем заниматься — учиться, управлять имениями или просто жить в свое удовольствие!

Вот так, отринув все открывающиеся возможности по службе, молодой капитан Андрей Болотов ушел в отставку и отправился в свою деревеньку за неделю до переворота 28 июня 1762 года, возведшего на престол Екатерину II. Но и после того, как ему стало известно о невероятном возвышении друга — Григория Орлова, Андрей Тимофеевич не сделал ни малейшей попытки вернуться и воспользоваться открывшимся «случаем». Личную свободу и возможность заниматься сельским хозяйством и науками он ставил выше всего на свете. А они ожидали молодого отставника в родном Дворянинове.

Владел же Болотов всего 27 дворами, небольшим наделом земли со старым садом и неплохой библиотекой. Как он сам много позже писал в мемуарах, нужно было радоваться и тому, что есть, ведь и это не каждому дано. Запущенное хозяйство Андрей Тимофеевич решил сделать образцовым, для чего не только заморские книги читал, но и с соседями и с крестьянами советовался, а также вел собственные наблюдения. А еще Болотов самым серьезным образом был занят поисками невесты: будучи круглым сиротой, он всей душой желал завести семью.

Любовь со второго взгляда

В поисках спутницы жизни Андрей Тимофеевич обращался за советами к родственникам, ездил в Москву и соседние имения, но ему что-то все не везло. Как он сам потом описал в мемуарах, это был для него мучительный процесс. Человек рассудительный, Болотов сразу отказался от мысли найти жену много себя богаче и знатнее — не будет с такой семейного счастья. Но и бесприданницу брать тоже не желал, считая, что муж с женой в начале семейной жизни должны считаться по состоянию примерно ровней: «хорошо бы, когда мой был обед, а женин ужин». В этом не было корыстного расчета. Просто, понимая, что имение пока с трудом способно и его одного прокормить, Болотов не желал обрекать на лишения молодую жену.

Многих девушек сватали Болотову, но та на него как-то неласково смотрела, та наружностью не показалась, та характером не пришлась. Все-таки серьезное дело — выбирать подругу дней на семьдесят лет вперед, даже когда об этом еще не знаешь! Потом, в мемуарах, уже на склоне лет, Болотов писал, что своим выбором очень доволен, хотя бы потому, что нет уж тех девушек, которых ему сватали, а его супруга вот здесь, рядом с ним.

Вообще, вся матримониальная история Болотова может показаться нам чересчур «практической», но ведь век был другой, нравы иные, и счастье себе люди представляли во многом иначе, чем сейчас. Во всяком случае, счастье было неразделимо с полной ответственностью за него человека перед людьми и Богом. И относились к этому даже молодые люди очень серьезно, тем более что разводов как таковых не было.

Но вернемся к исканиям Андрея Тимофеевича. Сваха сообщила ему, что есть одна девушка, с приданым в сто душ, единственная дочь вдовы, собой хороша, рукодельница, правда, очень молодая — ей всего двенадцать лет. В то время, а речь, напомню, идет о середине XVIII века, замуж и таких девочек отдавали, но все-таки считалось, что раньше четырнадцати лет рановато будет. Вот и Болотов, хотя на смотрины съездил, никаких планов строить не стал: что-то не разглядел в застенчивой девочке будущую жену, тем более что и свататься можно было только на перспективу. Отправился искать других невест, в чем опять же еще два года не преуспел.

И тут явилась к нему снова знакомая сваха и сообщила, что на мать той девушки он, Андрей Тимофеевич, произвел очень хорошее впечатление, сама девушка против брака не возражает, и если он пока не определился с выбором, то может посвататься. Увидев свою повзрослевшую невесту, Болотов решил: она! И стал готовиться к свадьбе. Описывая через много лет свои приготовления, Андрей Тимофеевич входит во все подробности — как гардероб обновлял, экипаж готовил, дом перестраивал, родню оповещал, как сама свадьба шла, как приданое перевозили… И 4 июля 1764 года дворянин Болотов Андрей Тимофеевич женился на Александре Михайловне Кавериной, дочери дворянина Михаила Григорьевича Каверина и Марии Аврамиевны Арцыбашевой.

Каждому бы такую тещу!

Андрей Тимофеевич вначале наивно предполагал, что воспитает жену в своем духе: «великая надежда на ее молодость и что в случае, хотя б она и не имела желаемых мною склонностей, но если натурально не глупа, то, может быть, удастся и вперить в нее то, что желал бы я найтить в невесте, так как и самый нрав, может быть, можно будет сколько-нибудь исправить, если б оный в чем-нибудь показался дурен». Он предполагал, что юная супруга горячо разделит его увлечения науками, они вместе будут читать, работать, экспериментировать….

Вышло, однако, все не так, как планировал молодой муж. Жена не разделила его увлечений, хотя хозяйством занималась добросовестно, и перевоспитать ее не удалось. Да и с мужем она была всего лишь сдержанно ласкова. Тут впору посчитать, что жизнь не удалась, но не таков Болотов. В своих мемуарах Андрей Тимофеевич особо пишет о том, как к нему переехала жить теща, что оказалось одним из величайших благ в жизни Болотова. Да-да, мать его жены, Мария Абрамовна, стала для зятя родным человеком, разделяющим его увлечения наукой и сельским хозяйством, и вскоре Болотов почувствовал, что нашел вторую мать. Он и так был уверен, что после свадьбы теща переедет жить к молодым и сгладит тем неопытность юной супруги, но найти в Марии Абрамовне столь близкого человека не предполагал.

О теще нужно рассказать особо. Вот как пишет о ней сам Болотов: «Она, сделавшись общею нашею семьянинкою, к особливому счастью обоих нас с женою и детей наших, жила всегда уже с нами и живет еще и поныне, и приобрела к себе от меня такое почтение и уважение, что я всегда не инако ее себе почитал, как своею родною матерью». «Я мог адресоваться к ней всегда и со всем, что ни относилось как до литературы и до наук, так и до художеств, а, наконец, до самых садов и других частей сельского домоводства, и ожидать от ней желаемого одобрения, или, когда в чем надобно было, искреннего совета... Одним словом, был у меня человек, которому мог я все и все сообщать и который мог брать во всем относящемся до меня, и как в приятных, так и в самых неприятных вещах и происшествиях, живейшее и искреннейшее соучастие». Вместе с тещей Болотов ставил всевозможные опыты, в том числе даже связанные с испытанием электричества. В XVIII веке в глухой деревне они построили гальваническую машину и даже успешно применяли электричество для лечения людей. Каждому бы такую тещу!

Молодильные золотые яблочки

Что же касается взаимоотношений с женой, то настоящая любовь пришла с рождением детей, а их у супругов Болотовых родилось девять. Четверо, правда, умерли в раннем детстве, о чем родители страшно горевали, но тогда подобная печальная статистика была нормой. Воспитание детей оказалось для Андрея Тимофеевича счастьем, в сыновьях и дочерях он находил единомышленников и собеседников. К жене же своей, настоящей сельской хозяйке, матери семейства и очень заботливой матери, а впоследствии и бабушке, Болотов относился с неизменной теплотой и любовью, прощая ей отсутствие интереса к наукам.

Что же в итоге вышло у Андрея Тимофеевича за долгую жизнь в сельской глуши? Материального благополучия он вполне достиг собственными трудами. Многолетняя селекция яблонь и разведение садов привели к тому, что продажей только одного ежегодного урожая яблок удовлетворялись все немалые нужды большого семейства: в среднем в год Андрей Тимофеевич получал «на яблочках» примерно три тысячи рублей, а за пять рублей можно было корову купить!

Болотов стал родоначальником отечественной агрономической науки, опубликовал десятки томов серьезных работ по агротехнике, садоводству, огородничеству, лекарственным травам, прудовому хозяйству, лесоустройству… Это он впервые в России начал осваивать лесное дело в соответствии с наукой — восстанавливать лесопосадки сразу после вырубки, чтобы через 30 лет снова «снять урожай». Вошел в историю России Болотов еще и как мастер ландшафтного дизайна — созданный им парк со множеством «сюрпризов» в Богородицке, где Болотов два десятилетия управлял имениями императрицы Екатерины II, вызывал восхищение современников. Там же, в Богородицке, он открыл училища для детей и сам участвовал в создании программы обучения. 52 года Болотов вел подробнейшие метеорологические наблюдения, которые важны и сегодня. Болотову мы обязаны тем, что на наши поля пришла картошка. Он был активным ее пропагандистом и даже производил… картофельные чипсы!

Совместно с Николаем Ивановичем Новиковым Болотов издавал журналы «Сельский житель» и «Экономический магазин». Историки, литературоведы и просто любители мемуарного жанра благодарны Андрею Тимофеевичу за «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков». Эти мемуары Лев Николаевич Толстой назвал «драгоценными»: в трех толстых томах содержатся подробные исторические и бытовые сведения о жизни того времени. Он еще немало написал литературных произведений, но «Жизнь Андрея Болотова» по праву вошла в большую литературу. Кстати, в целом письменное наследство Болотова — литературное и научное — составило более 350 томов! А он еще и рисовал акварелью и маслом, музыку писал, пьесы ставил, создал детский театр.

Памятники счастливой жизни

Это был человек удивительной энергии и удивительного доброжелательства — никто не видел его в беспричинном дурном настроении. В семье Болотовых сохранилась легенда о том, как дедушка в 90 лет на семейном празднике переплясал всех. Заслуги Болотова были признаны при его жизни — ему присудило золотую медаль Вольное экономическое общество, он был избран почетным членом Королевско-саксонского Лейпцигского экономического общества и Императорского общества сельского хозяйства, его труды многократно издавались и становились буквально настольными книгами сельских хозяев. Император Александр I (1777–1825) пожаловал Болотову имение под Тамбовом и алмазный перстень.

В деревне Русятино рядом с Дворяниново сегодня рядом стоят три памятника — Андрею Тимофеевичу, его жене, Александре Михайловне, и теще — Марии Абрамовне.

Андрей Тимофеевич считал себя очень счастливым человеком, несмотря на множество потерь в жизни — он пережил даже нескольких своих детей и внуков. Но именно умение быть счастливым в любых обстоятельствах, радостно трудиться и познавать сделало жизнь Болотова для нас потрясающим примером того, как надо жить. Через двести пятьдесят лет этот пример остается совершенно актуальным.

ТЕКСТ | АЛИСА БЕЦКАЯ

#свадьба #история любви #Андрей Тимофеевич Болотов #истории великих

Комментарии: 0

АВТОРИЗОВАТЬСЯ чтобы обсуждать материалы